Адрес: Санкт-Петербург, ул. Будапештская, д. 19, корп. 1, 2 этаж
Телефоны: 8 (812) 426-17-79, 8 (812) 757-91-11
Спустя год после крушения аэробуса А-321 над Синаем родственники погибших всё ещё ждут результатов расследования, а нескольких жертв теракта до сих пор не могут похоронить.
Со дня страшной авиакатастрофы над Синаем, унесшей жизни 224 человек, прошёл год. Этот период стал очень тяжёлым испытанием для родственников погибших.
В СМИ то и дело появлялись новые фотографии с места крушения самолёта, а в социальных сетях мошенники пытались нажиться на чужом горе, выдавая себя за членов семьи жертв теракта.
После гибели их родных одни ушли глубоко в себя, вторые стали делить детей и жилплощадь, а третьи до сих пор не могут похоронить своих близких, ведь тела шестерых человек всё ещё не опознаны. АиФ.ru узнал, как родственники погибших над Синаем живут спустя год после трагедии.
Через год после крушения аэробуса А321 над Синаем расследование дела о гибели 224 человек продолжается. Те, кто подложил бомбу в самолёт, до сих пор не найдены, однако недавно экспертам удалось выявить конкретное место, где находилась взрывчатка: террористы спрятали тротил между детскими колясками в хвосте борта. Новая информация о ходе расследования появляется в средствах массовой информации практически каждый день, но большинство родственников погибших не следят за этими новостями: всё равно близких уже не вернёшь, а постоянные напоминания о трагедии лишь бередят ещё свежие раны.
Петербурженка Наталья Завгородняя, которая потеряла 31 октября 2015 года своих родителей, посвящает всё свободное время помощи брошенным животным.
Мама Алексея Громова, который погиб вместе с женой Татьяной и 10-месячной дочкой Дариной, наоборот, внимательно следит за ходом расследования. По словам женщины, для неё жизнь закончилась, но осталось одно последнее желание: чтобы виновные в смерти её детей и внучки, «самого главного пассажира» рейса № 9268, были наказаны.
Компенсация за смерть родных
В настоящее время денежные компенсации получили все семьи погибших. По миллиону рублей родственникам выплатили петербургские власти, и ещё миллион — страховая компания. Правда, для получения этих денег некоторым людям пришлось потратить немало времени и нервов. Оказалось, что компенсации предусмотрены только для ближайших родственников — детей и родителей. Компенсаций за погибших внуков, бабушек или дедушек нужно было добиваться в суде. С такой проблемой столкнулась семья Шеиных, которая потеряла в авиакатастрофе не только взрослых детей, но и троих внуков. Сейчас все денежные вопросы, наконец, улажены.
До судебных разбирательств дело не дошло: предприятие уже подтвердило готовность осуществить выплаты. Большинство же семей не стали обращаться к известному адвокату: многим хватило уже полученных трёх миллионов рублей. К тому же, как известно, деньгами горя не унять.
Именно денежные отношения и стали яблоком раздора во многих семьях погибших.
При крушении самолёта погибла и мать девочки, его бывшая супруга Ирина. Когда Денис и Ирина Витальевы развелись, женщина воспитывала дочку одна, а бывший муж никак не участвовал в жизни девочки и не выплачивал алименты: у него появилась новая семья. Тем не менее, Ирина была спокойна за будущее девочки, ведь Алиса должна была унаследовать квартиру её бабушки, матери Ирины.
Когда произошла трагедия, отец девочки сразу же примчался в Петербург, получил за её гибель компенсацию в размере 3 миллионов рублей и заявил своей бывшей тёще, Елене Степановне Войтенко, что теперь по закону он претендует на половину её квартиры, поскольку Алиса уже не вступит в наследство.
63-летняя пенсионерка была возмущена такой наглостью, но тогда ей было не до выяснения отношений: слишком велика была боль от утраты любимых дочери и внучки. Тем временем Денис Витальев, понимая, что закон на его стороне, написал заявление о вступлении в наследство. В настоящее время конфликт между бывшими родственниками остаётся открытым: им предстоит пройти множество судебных разбирательств. «Он не воспитывал свою дочь и не помогал материально, — рассказывает бабушка Алисы. — А теперь написал заявление о вступлении в наследство, хотя и обещал не претендовать на мое жильё. Он решил отобрать у меня последнее!».